Встреча членов исторического клуба духовной истории «Светоч» Городокского района с Хохловым Сергеем Васильевичем жителем деревни Оскато и Алейниковым Сергеем Александровичем из деревни Долгополье, которые рассказали историю Свято-Михайловского храма

17 сентября состоялась встреча членов исторического клуба духовной истории «Светоч» Городокского района с Хохловым Сергеем Васильевичем жителем деревни Оскато и Алейниковым Сергеем Александровичем из деревни Долгополье, которые рассказали историю Свято-Михайловского храма, который стоял между деревней Долгополье и деревней Оскато, у храма был большой погост. Храм и церковные постройки в годы коллективизации разломали по варварски. Материалы пошли на строительство фермы, свинарника и складов. В 1984 году, когда я был еще молодым принял склады, я был бригадиром, был удивлен, что стены были из тесанного леса расписанные церковными сюжетами. Думал зачем, ведь построить новый амбар из нового леса было проще, чем подгонять бревна бывшие уже в употреблении, ведь с лесом в то время проблем не было, зачем было рушить и подгонять. А камней, у нас своих в поле переизбыток, зачем постройки , фундаменты и могильные плиты, было пускать в строительство? Здесь была ферма и навес, вокруг были видны обломки памятников, которые пустили для фундаментов, могильные плиты были с надписями, с твердыми знаками, сейчас этого нету ничего, вот здесь насыпная дорога под которой тоже были захоронения. Деревня Оскато была большая, мы ехали по улицам, где только старые яблони выдавали места, где стояли дома жителей деревни. В прошлом году мы с женой ходили здесь и увидели гранитный могильный камень, который был в фундаменте дома. В этом доме как я помню жила старушка, муж которой давно умер. На могильном памятнике мы разглядели фамилию, было написано священник Еленевского, поискали в интернете и узнали, что он был 1865 году был здесь настоятелем. Мы подошли к месту, где лежал памятник, на котором было написано священник Антоний Еленевский, на нижней строчке рассмотрели только имя Зоя, видимо это было имя жены священника. Пройдя немного дальше мы увидели в сохранившемся фундаменте две тумбы на которые были устанавлены надгробные плиты. В интернете мы смотрели что семья была большая, они видимо переселились в годы гонений в Смоленск, где в 30-ые годы 20 столетия их поубивали. По нашей семье тоже прошло колесо репрессий, но священникам и их семьям досталось больше. Памятник был положен под крыльцо, вот здесь был вход. Показав в сторону Сергей сказал что вот там была старая улица , еще дореволюционная, а вот эти улицы селили в 1939 году людьми со всей округе, было время раскулачивания и коллективизации, Кто отказывался выезжать с хуторов, через год два их обвиняли во вредительстве, в шпионаже и отправляли на десять лет в Сибирь, из которой никто не вернулся. У нас тут жили Головенки, старика коммунисты шлепнули, а в войну семью добили полицаи.
Осмотрев место, мы сели в машины и поехали к месту, где стоял храм. Раньше насыпной дороги не было, просто грунтовка, одни колеи и ямы. Сойдя с дороги, здесь стояли тополя и вишни мы в детстве подходили сразу к месту, где стоял храм. На месте где стоял храм была возвышенность, это место до сих пор называется у нас «Церковище», когда мы еще в школу ходили в Долгополье, мы всегда здесь останавливались передохнуть, приятное место. До строительства новой фермы были видны фундаменты и остатки кладбища. у нас кругом в основном низины и болота. На этом месте захотели построить новую ферму на 400 коров, пригнали технику и весь культурный слой до глины, срезали бульдозерами, вот там сохранился вал. Вдали за валом был хутор Толкачево. В 90 годы сюда было завезено много строительного материала, но из-за прекращения финансирования, все в скорости испарилось, а это место заросло бурьяном. Колхоз, конечно, идея неудачная, я сам работал в этой сфере. Десять баб, пять работают, а пять за грабли держаться вот и весь колхоз. Была баба Маня, она говорила: меня на какую работу не поставь я отстою, так всю жизнь и отстояла. Был тракторист, которому дали новый трактор Т-75, он за год угробил три двигателя. Я и говорю бригадиру, ты ему лучше дай зарплату , а на работу не пускай, пользы больше будет. Поэтому производительность труда и была убыточная. Сколько, примеров не счесть.